научно-популярное приложение к газете "Голос Армении"
Menu

ДОМ УЧЕНЫХ

Дом ученых располагался здесь

Неподалеку от Института физики в окружении двух памятников - векового вишапа с предгорья Арагаца и двуликой Арус работы Арто Чакмакчяна стоит здание, в котором располагается телекомпания "Кентрон". Это теперь. В советские времена это был Дом ученых Института физики.

ЗДАНИЕ ВЫДЕЛЯЛОСЬ СТЕКЛЯННЫМ ФАСАДОМ, ЗА КОТОРЫМ НАХОДИЛСЯ ПРОСТОРНЫЙ КОНФЕРЕНЦ-ЗАЛ, больше напоминающий театральный - со сценой, партером, амфитеатром, профессиональной кинопроекционной аппаратурой. Здесь проводились конференции, научные семинары, защиты диссертаций, общие собрания, словом, все, что касалось деятельности института. Дом ученых был также и очагом культуры. Эта его направленность была изначально заложена директором института академиком А.И.Алиханяном. Человек разносторонних интересов, Артем Исаакович хорошо знал и любил литературу, живопись, музыку, кино. В суровые сталинские годы он материально поддерживал опального Зощенко, дружил с Шостаковичем, в Армении помогал и популяризировал далеко не "соцреалистических" Каленца и Чакмакчяна, помогал Джотто. Благодаря его усилиям в Доме ученых выступали Аркадий Райкин, другие известные артисты, часто проводились кинолектории о творчестве выдающихся советских и зарубежных кинорежиссеров - Эйзенштейна, Феллини, Бергмана, авторские презентации новых фильмов.

Обычно после концертов гостей и друзей Алиханян приглашал домой на "легкий ужин". Уже после, когда Алиханяна не стало, но культурная жизнь Дома ученых по инерции еще продолжалась, мы старались придерживаться этой доброй традиции. В самом начале карабахских событий, когда в городе проходили митинги, собирающие сотни тысяч людей, у нас в гостях после представления в Доме ученых своего фильма "Холодное лето пятьдесят третьего" был кинорежиссер А. Прошкин. Он присутствовал на одном из митингов на Оперной площади, был впечатлен увиденным, но удивился, заметив в море плакатов митингующих слова: "Ленин - Партия - Горбачев". - Какой это доверчивый, бесхитростный народ. Они будут горько разочарованы,- сказал он.

Карабах и Геноцид - два понятия, объединяющие в один кулак всех армян. В этом случае все разногласия между властью и оппозицией, парламентариями-бизнесменами, еще не поделившими остатки вожделенного экономического пирога, соседями по лестничной клетке, словом, армянами, отходят в сторону. В день поминовения жертв Геноцида к холму, носящему поэтическое название "Крепость ласточек" - Цицернакаберд, где расположен удивительный по своему эмоциональному воздействию мемориал жертв Геноцида, тянется нескончаемый людской поток с цветами. Понимая и разделяя их чувства, мне все же близок другой, ночной Цицернакаберд. Такие мемориалы располагают к уединению. Вечный огонь, нависшие над огнем каменные вилайеты, ночное небо в звездах... Только ты и народная скорбь...

В ЭТОЙ СВЯЗИ МНЕ ВСПОМНИЛАСЬ НЕЗАТЕЙЛИВАЯ ИСТОРИЯ, СЛУЧИВШАЯСЯ В КОНЦЕ АПРЕЛЯ 1971 ГОДА. Не помню, по какому поводу в Ереване гостил поэт Андрей Вознесенский. Вместе с супругой, следуя устоявшейся традиции (Артемия Исааковича в городе не было), я попросил нашу приятельницу Эмму Кананову, в те годы редактора газеты "Комсомолец", близкую знакомую поэта, пригласить Вознесенского после выступления на вечере поэзии в Доме ученых провести время в небольшой компании у нас дома. Благо мы жили рядом с Домом ученых. Подобралась компания "физиков- лириков" - Эмма, Вознесенский, Геворк Эмин, Саркис Мурадян, "принимающая сторона" - мы с супругой и наш приятель, биофизик Цовак Авакян. После затянувшегося далеко за полночь застолья кто-то предложил показать Вознесенскому ночной мемориал. Ночное посещение Цицернакаберда, кроме эмоционального заряда, было привлекательно еще и тем, что, нарушая все правила, но без последствий, почти до самого мемориала можно было подъехать по пешеходной аллее на машине.

Итак, мы всей компанией на двух машинах отправились в Цицернакаберд... Когда мы возвращались к машинам, молчавший, ушедший в себя Вознесенский, вдруг тихо заговорил: "Вам не приходилось наблюдать как сквозь толщу асфальта, разрывая его, к свету пробивается нежный цветок? Армянский народ у меня ассоциируется с этим цветком. Вся его история связана с борьбой за выживание. Несмотря на полчища завоевателей, стремившихся на протяжении веков закатать его в землю, этот маленький народ выстоял, не ассимилировал, сохранил свою идентичность".

У машин нас ожидал сюрприз - два милиционера. Один из них, сержант, подозрительно оглядев нас, спросил сердито: Что вы здесь делаете ночью? Да еще заехали сюда на машинах, ваши документы! -Послушай, сержант. Видишь, с нами гость. Это большой и уважаемый в Москве начальник специально прилетел на один день в Ереван, чтобы почтить память жертв Геноцида. Самолет опоздал, поэтому мы пришли сюда ночью. Завтра утром он улетает обратно в Москву. Сержант скептически оглядел Вознесенского. "Гость", по его представлениям, явно не тянул на "большого начальника". Но то, что человек, явно русский, прилетел специально посетить мемориал, его потрясло: Отвозите нашего дорогого гостя, пусть немного отдохнет перед дорогой...

Косвенным "виновником" этой, приключившейся сорок пять лет назад истории, в какой-то мере был Дом ученых. Сегодня же в бывшем здании Дома ученых - в телекомпании "Кентрон" кипит жизнь, но другая, мне не близкая. По утрам здесь толпятся парни со штативами и камерами, девушки с микрофонами, которые потом куда-то уезжают, может, на брифинг очередного доморощенного политика-аналитика, может, на какое-то шоу, может, лепить очередной сериал...

 

Опубликовано в Взгляд
Прочитано 466 раз
Оцените материал
(0 голосов)
Другие материалы в этой категории: « ВКЛАД АРМЯН В ДЕЛО ВЕЛИКОЙ ПОБЕДЫ ЖЕНЩИНЫ-ВОИНЫ »

Оставить комментарий

Убедитесь, что вы вводите (*) необходимую информацию, где нужно
HTML-коды запрещены

Наверх