научно-популярное приложение к газете "Голос Армении"
Menu

АРМЯНЕ В СИСТЕМЕ ОБРАЗОВАНИЯ РОССИЙСКОЙ ИМПЕРИИ

Министр просвещения И.Д. Делянов

Вторая половина ХIХ в. в Российской империи ознаменовалась  развитием капиталистических отношений, что привело к необходимости изменений  и в социально-экономической, и духовной, и образовательной сферах. В течение всего столетия предпринимались попытки реформировать систему образования в соответствии с растущими потребностями экономики. Однако с начала 70-х гг. реформы приобрели весьма своеобразный характер усилиями нового министра просвещения, армянина по происхождению И.Д. Делянова, по словам С.Ю.Витте "очень милого, доброго человека, культурного, образованного. Он никогда никаких резких вещей не делал, всегда лавировал, держась того направления, которое в то время было преобладающим", а именно направления Дмитрия Толстого - будущего министра внутренних дел.

БУДУЧИ ВЕСЬМА УСПЕШНЫМ ДИРЕКТОРОМ ПУБЛИЧНОЙ БИБЛИОТЕКИ (благодаря стараниям И.Д. Делянова библиотека стала самым благоустроенным и надежным книгохранилищем, были значительно пополнены и упорядочены фонды, во избежание краж установлены так называемые контрольные листки, сохранившиеся в российской библиотечной системе до настоящего времени и т.д.). Иван Давыдович Делянов не пользовался репутацией человека деятельного и инициативного, скорее наоборот. Его образовательная политика, отразившаяся в том числе и на судьбе армянских национальных школ, была неоднозначной. Усилия, направленные на развитие технического и промышленного образования, связанные с растущими нуждами промышленности, пересмотр программ классических гимназий в пользу русского языка, русской истории были сведены на нет после убийства Александра II.

В эпоху реакции государственная политика взяла консервативно-охранительный курс, в том числе и в сфере образования. С одной стороны, были ограничены правила поступления в школы: в 1887 г. был издан знаменитый "циркуляр о кухаркиных детях", по которому строго ограничивалось поступление в гимназии и прогимназии  детей кучеров, лакеев, поваров, прачек, мелких лавочников и тому подобных людей, детей коих, за исключением разве что одаренных необыкновенными способностями, вовсе не следует выводить из среды, к коей они принадлежат. По свидетельствам современников деляновские ограничения привели к тому, что повсюду земские школы были заменены церковно-приходскими.

Лазаревский институтС другой стороны, были сближены учебные планы гимназий и реальных училищ, отменены уроки латыни и греческого и заменены уроками русского языка, географии, русской истории. Образование было условно разделено на низшее всесословное и высшее, доступное лишь ограниченным слоям населения. В результате к концу XIX в. в целом по империи сохранялся низкий уровень грамотности населения - 21%, из коих обучавшиеся в высших учебных заведениях составляли 0,1%, в средних специальных – чуть более 1%. В 1894 г. в девяти российских университетах продолжили обучение всего 14327 студентов, а в средних специальных учебных заведениях, в основном технических и военных, их численность достигала 25-30 тысяч (при общей численности населения 126586,1 тыс.). Во всех учебных заведениях, вместе взятых, обучалось всего 3% общего населения, несмотря на то что на нужды Министерства народного просвещения выделялась достаточно внушительная сумма - более 25,2 млн рублей в год. Однако, несмотря на низкий количественный показатель, качество обучения было достаточно высоким.  Многие иностранцы отмечали высокий культурный уровень образованной части российского общества.

ИНАЧЕ ОБСТОЯЛИ ДЕЛА В КАВКАЗСКОМ УЧЕБНОМ ОКРУГЕ, ГДЕ ПРЕДСТОЯЛА огромная, масштабная работа по искоренению неграмотности, так как в период турецко-персидского владычества и речи не могло быть об элементарном образовании, не говоря уже о развитии науки и культуры. Со стороны российских властей новые церковно-приходские школы в Армянской области были открыты лишь в 30-х годах XIX века, содержание которых целиком ложилось на плечи населения. Причем, по свидетельствам современников, в этих малочисленных школах преподавалась не наука, а лишь религия и армянский язык. Элементы науки можно было постичь лишь в гимназии. А гимназия была только одна, да и то в Тифлисе. В других местах были так называемые уездные школы, откуда выпускались обычные писари.

Тем не менее, по свидетельствам председателя Управления по доходам и казенным имуществам Армянской области  И.И. Шопена, к первой трети XIX века значительное количество армян уже довольно свободно владело русским и бегло говорило. Однако для освоения новоприобретенных земель, укрепления российского влияния на местах, развития торговли и промышленности сложившаяся картина грамотности населения оставляла желать лучшего и подтолкнула правительство к более действенным мерам. По мере присоединения Россией закавказских территорий возникала  необходимость создания действенной и гибкой системы управления с привлечением чиновников и административных работников соответствующего уровня, которые могли бы проводить необходимую политику царских властей, по возможности сохраняя дружественное отношение местного населения.

Так, благодаря попечительству управляющего по гражданской части на Кавказе генерала А.П. Еромолова было создано  основание системы образования в Закавказье, обеспечен  доступ местной молодежи к образованию не только в Тифлисе, но и в Москве,  Санкт-Петербурге, что способствовало  формированию особой духовно-культурной среды, где происходило становление будущей местной интеллигенции. Иногда правительство прибегало и к нестандартным мерам. В первой половине XIX в. в рамках мероприятий по повышению уровня грамотности населения, а также распространению христианства среди нехристианского населения, в целях упрочения российского влияния в крае царское правительство предприняло неординарные меры: в 1822 году выслало на Кавказ членов общества евангелистов, разрешив им открыть на местах училище и типографию. Чуть позже по "Высочайше утвержденному положению о церковных школах ведомства православного исповедания и об управлении школами церковно-приходскими и грамоты ведомства православного исповедания" было разрешено открыть также православные церковно-приходские школы, где обучались чтению, письму, арифметике и церковному песнопению.

Армянская типографияЕСЛИ В НАЧАЛЕ XIX в. В КУЛЬТУРНО-ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЙ ЖИЗНИ АРМЯН значительную роль играли в основном церковно-приходские школы, то к середине столетия в эту сферу внесли значительный вклад открывшиеся уездные учебные заведения с преподаванием на местных языках и типографии.  В 1804 г. в Тифлисе было открыто первое дворянское училище, предусмотренное вначале для грузин, но в дальнейшем право обучения здесь получили и армяне,  дети русских чиновников и даже татары. Была открыта и женская гимназия, где к 1848 году обучалось 60 воспитанниц. Причем, хотя преподавание велось в основном на русском и грузинском,  в отдельных местностях, в зависимости от  преобладающего населения, преподавание велось и на армянском. Примечательно, что изучение местных языков, в том числе и армянского, стало обязательным для детей русских чиновников, так как правительство нуждалось в грамотных кадрах, способных управлять краем с пестрой этнической мозаикой. Но привлечение подобных кадров из центральных губерний Российской империи было дорогостоящим предприятием с туманной перспективой.

11 июня 1849 г. было утверждено Положение о воспитании кавказских и закавказских уроженцев за счет казны в высших и специальных учебных заведениях империи, целью которого была подготовка местных кадров для государственной службы, администрации, первоначально для детей привилегированных сословий, а в дальнейшем и  других. Получив образование в ведущих российских вузах, они должны были прослужить на местах не менее шести лет. К 1885 г. за счет казны в университетах Петербурга, Москвы, Казани, Одессы было отведено 160 мест не только для местных национальностей, но и для детей служащих на Кавказе, отличившихся хорошей успеваемостью и рвением.

В результате проведенных мероприятий по расширению сети гражданского образования уже в 1845 г. в Закавказье насчитывалось 3293 учащихся в государственных и малочисленных частных учебных заведениях, среди которых преобладали армяне и русские. В 1849 г. в Закавказье насчитывалось 28 учебных заведений, четыре из которых – женские. В 1855 г. уездные училища были открыты в Ереване, Александрополе, Нахичевани, Елизаветполе и других городах края, а губернские гимназии – в Тифлисе и Кутаиси. В связи с имперской политикой в дальнейшем число учебных заведений в крае продолжало расти. В 1871 г. в Закавказье  насчитывалось уже 87 учебных заведений, где обучалось 10456 человек, не считая учащихся лицеев и  школ при мечетях. Учеба была тем более привлекательной, что диплом с отличием автоматически давал право перехода в дворянское сословие с титулом "Личный дворянин".

Гимназия в ТифлисеЗНАЧИТЕЛЬНЫМ СОБЫТИЕМ СТАЛО ОТКРЫТИЕ В 1874 г. Духовной академии Геворкян в Эчмиадзине, выпускники  которой внесли большой вклад не только в развитие образования, но и в сохранении армянской культуры, особенно за рубежом. В рамках культурно-просветительских мероприятий важным событием в жизни региона стало открытие публичной библиотеки в 1849 г., Кавказской археографической комиссии и Кавказского отделения Русского географического общества в 1864 г., основание Закавказского музея в 1865 г., а также Тифлисского сельскохозяйственного и музыкального обществ. Однако во второй половине XIX в. ситуация коренным образом изменилась.

16 февраля 1884 г. царь утвердил "Высочайше одобренные правила для церковно-приходских школ армяно-григорианского вероисповедания", по которым местные власти получали право беспрепятственного вмешательства в сферу церковного образования. Правила эти вызвали недовольство армянского духовенства и не выполнялись, вследствие чего  только в 1885 г. было закрыто около 300 армянских школ. А по закону 1 марта 1891 г. все церковно-приходские школы были переданы в ведение Министерства народного просвещения с сохранением уставов  Эчмиадзинской духовной академии и уездных духовных семинарий.

Однако ограничительные меры и тотальный контроль со стороны царского правительства не оказали  серьезного влияния на тягу армянского населения к образованию. К концу XIX в. армяне заметно отличались по уровню грамотности и образования (10%) от остальных местных национальностей, уступая лишь русским (62%) и евреям (30%), тогда как у кавказских татар (особенно у женщин) был зарегистрирован самый низкий уровень грамотности по краю – 2,2%. В изданном в 1881 г. справочнике Е.О. Дубле "Всеобщая статистика Российского государства" мы встречаем сотни армянских фамилий, связанных с системой просвещения и образования, таких как, например, директор лицея "Агабабян" г-н Агамжанов, почетный учитель бессарабского уездного училища г-н Одабашян, будущий министр просвещения г-н Делянов и другие.

По данным переписи населения 1897 года, численность грамотных армян по империи в целом составляла 153104, или 13%, в числе которых выделялись лица духовного звания (преимущественно последователи Армянской Апостольской Церкви -12,51%) и дворяне (крестьяне предпочитали не отрывать детей от производственного процесса). Армяне в равной степени владели родным языком (44%) и русским (43,7%), что позволяло им поступать на государственную службу, занимать высокие административные должности, удостаиваться высших воинских чинов и званий, оставив заметный след не только в истории Армении, но и в Российской империи в целом.

 

Опубликовано в Взгляд
Прочитано 789 раз
Оцените материал
(15 голосов)
Другие материалы в этой категории: « ЭТО НАЛОГОВОЕ СЧАСТЬЕ СЕТЕВЫЕ ЧАРОДЕИ »

Оставить комментарий

Убедитесь, что вы вводите (*) необходимую информацию, где нужно
HTML-коды запрещены

Наверх