научно-популярное приложение к газете "Голос Армении"
Menu

"АРМЕНИЯ ЖИВЕТ В ДУШЕ МОЩНО"

Андрей Белый

В 1927 году Андрей Белый (Борис Николаевич Бугаев), только что возвратившийся на родину из эмиграции, побывал в Грузии. Его грузинские впечатления вошли в книгу "Ветер с Кавказа". А в мае 1928 года московский журнал "Красная новь" заказал Андрею Белому очерк об Армении. В августовском номере журнала очерк был опубликован. Крохотное эссе "Армения" - лучшее из всего написанного о нашей стране неармянами, это ни с чем не сравнимый шедевр.

Сопровождал Андрея Белого в Армении Мартирос Сарьян. Не каждому выпадает такой чичероне. Не забудем, что у Данте проводником по аду был Вергилий.

КАК НАЗВАТЬ СЛОВЕСНОЕ ВЕЛИКОЛЕПИЕ, РАССЫПАННОЕ В ЭССЕ БЕЛОГО в таком же обилии, как камни на Армянском нагорье, - жемчужинами, прозрениями, вспышками откровений, стихийными пророчествами? Не знаю. Одно могу сказать - эти шедевры конгениальны армянскому ландшафту. А это не просто горный ландшафт, но ландшафт такой страны, где "впаяны древности в почву; и камни природные передряхлели скульптуру; не поймешь, что ты видишь: природу ль, культуру ль?"  "Здесь лагери между камней разбивал Ксенофонт". "Разрушение за разрушением напластовывали столетия и заливали культуру, как лава - хребты изначальные". Именно безмерная древность потрясла Андрея Белого в Армении, "глубочайше задела и зрительно, и познавательно". "Кавказ - безумно древен, древне-культурен. Голова кружится от хоровода веков, что чувствуется в Армении, где пробыли лишь неделю, но устали безумно от сорока столетий. Вообще Кавказ - школа для познания. Отдохнуть на Кавказе трудно, имея воображение".

Уж чего-чего, а воображения было у Андрея Белого в избытке. А тут ощущение колыбели истории и величественный ритм Арарата. Белый всегда был болен "любопытством познания". Его путевая проза об Италии, Тунисе, Египте блистательна. Но в Армении все перекрыло чувство прикосновения именно к колыбели истории, к безумной древности. "Древнейшее место, видавшее виды" - этим все сказано. "Я счастлив увидеть народ, стародавний как мир, но исполненный сил, обитающий в невероятной природе, богатой сокровищами".

Крохотный очерк! Его не следует просто читать, его нужно проходить, как проходят предметы в школе. О каждой странице, каждом абзаце, даже о каждой строке этого драгоценного очерка надо писать сочинения. Сегодня в школах их почти не пишут, а жаль, ведь это развивает мышление. К тому же драгоценные глубочайшие мысли отлиты в очерке Белого в ритмизованную прозу, в музыкальные лады, в напевный лад. Это богатейший душистый и прекрасный русский язык высочайшего уровня. Эта проза учит "вырыву из тусклого слова в яркое". Согласитесь, что она учит нешуточному и очень необходимому нашему оскудоумившемуся времени.

Не обойдена, конечно, в очерке и армянская архитектура. "Прекрасные снимки с двух церковок Ани я видел недавно; мне кажется, это бутоны позднее раскрывшихся форм". "Армянские церковки, малые ростом, врезаются в небо с возвышенных мест". Таманяновский стиль, сочетающий дух инженерии с духом архейским. "Церковь - красавица, иль Рипсиме, монастырь, невероятный изяществом одновременно тяжелых и легких, но строгих пропорций; нет ни одной безвкусной детали, все просто и строго".Андрей Белый

ОПИСАНИЯ АРАРАТА НЕ ПРОСТО ГЕНИАЛЬНЫ, НО ПОРАЗИТЕЛЬНО ТОЧНЫ. Таковы же и климатические или колористические детали. "Сухосинии воздухи" (как передан здесь континентальный климат!), "блеск живортутной воды" (то есть кристальность воды), "краски Армении - ценный пожухлый ковер", "золотокарие шерсти", "на ослике пестрый мешок, повторяющий цвета равнины, усеянной камнем" (вы узнаете хурджин?), "хризолитовые воды" (Севан), "ржавожареный камень стены" (храм Рипсиме). Склоны холмов в раскудрявой лозе. Лоза эта терпкая, крепкая спиртом, идет на коньяк. В места, куда Ной, опустившись, стал разводить виноградники послепотопные".

Теперь об описании Арарата. Вообще-то он неописуем, ведь и живопись не справляется, не говоря уже о фотографии. Это по плечу только великой литературе. Именно такая литература перед нами: "Лучи вылепляют груду белокупольных облак, громадно висящих призрачным ободом; все облака превышает то облако вон; и оно не меняет своих очертаний, как прочие. То - Арарат. Смотришь - кажется, вылезло что-то огромное, все переросшее, до ненормальности вдруг отчеканясь главою своей; призрак, распахнутый бледными линиями, и растет впечатление, что голова, отделившись от тела, является белой планетой, которой судьба - обвалиться иль в небо уйти навсегда, унося времена патриархов. Вот он выпустил сбоку отросток, растущий до конуса, спорящего с главным конусом великолепием стянутых круто к вершине пропорций; между вершинами - невероятных размеров седло. Ниц перед снеговой громадой, отнявшей треть неба, и серебро-розовый, с трещиной синей ущелья, которым разорвано тело; вот пастбищный бок поднялся. Везде, отовсюду, над всем - араратский массив. Да, Арарат - патриарх!"

Не знаю, сказано ли что-нибудь подобное о Гималаях, Андах, Мачу-Пикчу? Арарату опять повезло. Опять - это потому, что и в Библию попал. Как повезло и Главному Кавказскому хребту, о котором тот же Андрей Белый сказал бессмертно: "Не ландшафт, а система космических мыслей".

Армению неслыханно одарили многие писавшие о ней, и лучшее из всего написанного - очерк Андрея Белого. Могу только предположить, что просто так подобное не происходит: это надо заслужить. Думаю, Армения заслужила. И благодарно приняла заслуженное. "Вернувшись и окинув ретроспективно истекшие четыре месяца, я понял, что в этом году наиболее сильные впечатления дала Армения".

К нам некогда приехал человек, который много знал, много видел и был наделен поразительным эстетическим чувством и чувством слова. Словесный живописец. Уехал он из Армении еще более обогащенным. Наделенный беспрецедентным чувством красоты, Андрей Белый богомольно стоял перед всем увиденным в Армении. "Армения живет в душе мощно".

Чем отдарить вас, человек бесценный?

Небольшой, не слишком впечатляющий журнал "Красная новь", августовский номер 1928 года! Если бы ты знал, чем обернется твоя вполне рядовая командировка для высокой литературы и для Армении! Казалось бы, случайность... Но случай, насколько я понимаю, - это язык Бога.

 

Опубликовано в Взгляд
Прочитано 812 раз
Оцените материал
(4 голосов)

Оставить комментарий

Убедитесь, что вы вводите (*) необходимую информацию, где нужно
HTML-коды запрещены

Наверх