научно-популярное приложение к газете "Голос Армении"
Menu

ЧЕЛОВЕК В МАСКЕ СОБАКИ

Псоглавец пришел в средневековое искусство из далеких времен, когда в Армении существовало верование в аралезов.

Как свидетельствуют наскальные  изображения на  Армянском нагорье Х-V тысячелетий до н.э., собака с древнейших времен  считается другом и помощником человека. Но, возможно, и сегодня не до конца раскрыты сакральные качества этого уникального создания.

В 1037 г. В КИЕВЕ БЫЛ ЗАЛОЖЕН 5-НЕФНЫЙ 13-КУПОЛЬНЫЙ СОФИЙСКИЙ ХРАМ из кирпича и камня, богато украшенный мозаикой и фресками. На одной из фресок южной башни собора изображена сцена поединка псоглавца и гладиатора. Псоглавец словно сошел с армянской миниатюры и повторяет изображения армянских актеров в масках псоглавцев. Он в таких же сапогах, как и у древнеармянских актеров, в "мимосовских" трико и с обнаженным торсом. Партнер псоглавца -  тоже актер, исполняющий роль гладиатора. "Черты его лица напоминают лицо южанина", как заметил профессор Георг Гоян, которому принадлежит специальное исследование этого вопроса. В свое время академик Иосиф Орбели рассказал Георгу Гояну о фактах пребывания армянской конницы в войсках, защищавших Киев, и  упоминаниях в древних русских летописях "армянских скоморохов". Это подтверждает и тот факт, что статуэтка армянского дзайнарку- гусана с маской аралеза была обнаружена и в Украине.

Псоглавец пришел в средневековое искусство из далеких времен, когда в Армении существовало верование в аралезов - "божество с человеческим туловищем и собачьей головой". Со временем изображение собаки стало сценическим атрибутом древнеармянского театра. Это верование в богов-аралезов было связано с представлениями древних армян о воскрешении мертвых, сохранялось оно некоторое время и после принятия христианства. Еще в V веке армянский философ Езник Кохбаци доказывал своим современникам, что "не могло произойти от собаки существо, называемое "аралез", обладающее якобы неведомой силой и оживляющее павших на войне, зализывая их раны". И продолжал: "если в прежние времена аралезы зализывали раны и оживляли, почему же теперь они не зализывают и не оживляют…"

"Интересны в этой связи сочинения и другого армянского автора V века Павстоса Бюзанда. В рассказе "О нелепом понятии, существовавшем у родственников Мушега и у других людей" автор рассказывает о храбром спарапете Мушеге Мамиконяне, павшем жертвой клеветы: Мушег был обезглавлен по приказу армянского царя Вараздата. Родичи, надеясь на его воскрешение, пришили голову к туловищу и поместили на кровлю башни, говоря: "Так как Мушег был муж храбрый, то аралезы сойдут и воскресят его".

В ту же эпоху выдающийся историк Мовсес Хоренаци рассказывает о царице Семирамиде (Шамирам), надеявшейся, что аралезы залижут смертельные раны Ара Прекрасного и вернут его к  жизни.

К V в. относится Постановление Церковного Собора, вошедшее в число "Канонов Армянской Церкви", запрещавшее привлекать актеров-гусанов к участию в погребальных обрядах.  Постановление переписывалось из века в век и дошло в изложении историка VII в. Мовсеса Каганкатуаци.

ПСОГЛАВЦЕВ МЫ ВСТРЕЧАЕМ И В МИНИАТЮРАХ, СОПРОВОЖДАВШИХ РЯД ЕВАНГЕЛИЙ ХII –ХVII ВВ.. Над ними работали художники разных школ из нескольких областей: Киликийское Евангелие Х в.; Евангелие, иллюстрированное в Орту-Базаре в 1329 г.; миниатюра из Евангелия ХV в.; в районе озера Ван конца ХVI в., в районе Карина  (Эрзерума) того же периода; в Кафе в 1666 г. В каждом случае "псоглавец олицетворяет "язычника", ибо изображение демонстрирует обращение апостолами язычников в христианство" (заключение Георга Гояна).

Маска собачьей головы -  аралеза – песьеголового языческого бога, прошла долгий путь. В древнейший период она  была неизменным  атрибутом армянских актеров. В Арциванике (Зангезур) и в Сарыкамыше (Карсская область) были обнаружены бронзовые статуэтки дзайнарку-гусанов, которые держат в руках собачьи головы. Дзайнарку-гусаны  принимали участие в погребальных обрядах. Они утешали  близких усопшего символом аралеза, дающего надежду на воскрешение покойного. Согласно предусмотренному ритуалу, на дзайнарку-гусанов возлагалось восхваление достоинств усопшего, воспевание его подвигов,  оплакивание его гибели и утешение родных и близких.

Культ собаки был очень близок  миру как  живых, так и мертвых.

Естественно, что без собаки не проходила ни одна охота. Умирая на чужбине, армянский царь Арташес мечтал еще хоть раз увидеть "дым родных очагов и утро Навасарда с ритуальной царской охотой". Собака помогала в сражениях; известно, что боевых собак использовал армянский царь Тигран Великий. Альфред Брем – автор серии "Жизнь животных" приводит рассказ о том, что царь Албании подарил Александру Македонскому собаку огромных размеров, объяснив, что эту боевую собаку можно использовать и в боях с дикими животными.

Это близкое  человеку домашнее животное сильно реагирует и на его смерть. Собака наделена исключительной среди животных чувствительностью к протяжной печальной музыке. Еще менее объяснимая особенность – лай собаки на луну, которая, кстати, занимала заметное место в верованиях древних армян и особо почиталась.  Маздаисты считали собаку одним из самых чистых и полезных животных. Существовало наказание за убийство человека и собаки: если убивали человека, маздаист должен был принести жрецу в качестве искупления 400 уничтоженных им вредных животных и насекомых - ящериц, скорпионов, тараканов и др., а в случае убийства собаки искупление равнялось в четыре раза большему числу вредных тварей.

Согласно верованиям маздаистов, взгляд собаки отгоняет злых дэвов,  поэтому  перед выносом из дома усопшего собаку заставляли смотреть на его лицо. Изображение собаки в представлениях древних имело магическое воздействие, ему приписывали все качества живой собаки. Считалось, что маски собак на руках дзайнарку-гусанов если и не привлекут аралезов воскресить усопшего, то хотя бы отгонят злых духов. Собака, оберегающая человека при жизни, оберегала    его  и после смерти.

ПРЕДАННОСТЬ СОБАКИ ЧЕЛОВЕКУ НЕИЗМЕННО ВЫЗЫВАЕТ ВОСХИЩЕНИЕ. Известны случаи, когда собака находила могилу хозяина и умирала на ней. Собака сопровождала человека в странствия и годами ждала хозяина, покинувшего ее... В одной из басен великий Вардан Айгекци, живший и творивший на рубеже ХII - ХIII вв., рассказал, как собака вернула на праведный путь заблудшего отшельника.

В античной мифологии мы встречаем образ трехглавой собаки -  Цербера у врат смерти. Древние  греки и римляне клали с покойным хлебную лепешку, чтобы умилостивить адского пса. А древние персы -маздаисты верили, что собака Сура сторожит мост, соединяющий землю с потусторонним миром.

По армянским миниатюрам и бронзовым статуэткам  во многих случаях  можно  определить породу собаки.  Особенно часто встречаются борзые вислоухие. В более поздний период собачья голова стала изображаться на конце палки,  затем палка превратилась в псоглавую змею, которую держал в руках актер древнеармянского театра до ХVIII в. Разумеется, собачья маска надевалась на голову актера, выступавшего в роли псоглавца.

Изображения собак-аралезов обнаружены среди театральных атрибутов на серебряной чаше армянского царя Пакора III. Армянские мастера по золоту в Древней Армении, отойдя от архаичной отливки фигурок из бронзы, создали золотые пластины с художественными рельефами дзайнарку-гусанов с головами аралезов. Сильна была вера в добрых духов – аралезов, способных воскрешать умерших.

НО ДАВАЙТЕ  ВЕРНЕМСЯ К  ИЗОБРАЖЕНИЯМ НА СТРАНИЦАХ ЕВАНГЕЛИЙ. По многочисленным армянским миниатюрам ученые и исследователи проследили "эволюцию превращения палки с насаженною на нее собачьей головой в упругий жгут, изображавший тело змеи с собачьей головой ". Они создавались через 12-14 столетий после бронзовых статуэток, но поразительно напоминают алагезов, поскольку повторяют маски собак. Художники-миниатюристы, изображая собачью голову, фиксировали связь времен, культов и явлений, хронологию развития театрального искусства со времен языческой Армении до средневековья. Столетиями  армянские актеры, исполнявшие роли псоглавцев, как правило, исполняли "роли язычников или людей, одержимых нечистой силой". Пример тому - миниатюра Тороса Рослина, созданная  в Киликии в 1287 г. В виде армянской буквы  изображен танцующий гусан в традиционном высоком колпаке красного цвета со змеей и с собачьей головой в руках.

В Библии, иллюстрированной в 1318 г. в монастыре Гладзор (Сюник) Торосом Таронаци (Мшеци), есть сцена совращения в раю Адама и Евы змеей с собачьей головой. Там же есть еще одно  изображение: в руках гусана - собачья голова, на которую он устремил взор. Стоящий над ним человек одной рукой держит гусана – мимоса за колпак, а другой - занес меч, чтобы казнить его. Образы псоглавцев на миниатюрах  разнообразны, динамичны и выразительны. Впоследствии  собачьеголовая змея превращается на миниатюрах в длинный жгут с головой дракона. Так изображены гусаны и вардзаки на страницах рукописи 1649 года Григора Ереванци.

Многие исследователи считают, что на миниатюрах псоглавцы символизируют язычников и всех тех, кто еще не обращен в христианство. Можно с уверенностью сказать, что армянские художники-миниатюристы, как и автор фрески Киево-Софийского собора, сохранили для нас бесценную сокровищницу искусства, что позволяет  заглянуть в  наше далекое прошлое. Эти изображения - еще одно  свидетельство исторических и культурных связей, сложившихся между  государствами тысячу лет назад. А образ собаки, сопровождавшей человека с древнейших времен,  неизменно поражает нас некой неразгаданной тайной.

Опубликовано в Культура
Прочитано 2196 раз
Оцените материал
(4 голосов)
Другие материалы в этой категории: « ВАХХАБИТЫ: СТРАСТИ ПО "ИСТОКАМ" ИГРА В БИСЕР »

Оставить комментарий

Убедитесь, что вы вводите (*) необходимую информацию, где нужно
HTML-коды запрещены

Наверх