научно-популярное приложение к газете "Голос Армении"
Menu

ТАРОН

Армянский монастырь в Муше

Исторический Тарон (долина Муша) был одним из главных уездов Урарту, а во времена Великой Армении входил в состав губернии Туруберан. Благодаря своему центральному положению и приобретенному влиянию Тарон постепенно присоединил к себе соседние уезды, и большая часть Туруберана стала именоваться Тарони ашхар, или просто Тарон. Центром Тарона была долина Муша с одноименным городом, окаймленная с севера и запада горами Бюракн, с востока - горами Гргур и Немрут, с юга - Армянским Тавром, в систему которого входит Сасун.

Тарон, Муш, Сасун занимают особое место в армянской истории. Здесь более трех тысяч лет назад в результате слияния различных племен началось формирование армянской нации, происходили судьбоносные для армянского народа события. И в языческие времена, и после принятия христианства Тарон был одним из центров политической и духовной жизни Армении.  Это родина Месропа Маштоца и Мовсеса Хоренаци, здесь со слов народного сказителя был записан героический эпос "Сасунские удальцы".

ЛЕГЕНДЫ И ПРЕДАНИЯ ТАРОНА ВОСХОДЯТ К БИБЛЕЙСКИМ ВРЕМЕНАМ. Согласно преданию, когда воды Всемирного потопа стали спадать, Ной попросил у горы Гргур пристанища, на что скромная Гргур ответила: "Плыви к Масису, он выше, чем я".

После крещения народа Армении в водах Арацани исчезли и прежние владетели Тарона, воспротивившиеся принятию христианства, а Трдат III отдал земли Ваевуни Григорию Просветителю, а владения Слкуни - спарапетам  рода Мамиконянов. Григорий  Просветитель построил здесь монастырь  святого Карапета, куда тянулись паломники со всей Армении в надежде на исцеление от болезней и  исполнение других желаний. В дальнейшем монастырь стал и центром распространения знаний,  в 70-80-е годы XIX века здесь получили образование многие известные деятели Тарона, бесстрашные борцы за независимость Западной Армении.

К востоку от Муша находился еще один знаменитый монастырь - Аракелоц, где  Григорий Просветитель  собрал мощи 12 апостолов. Другое название монастыря - Таркманчац - свидетельствует о переводческой деятельности монахов. У стен монастыря были захоронены Мовсес Хоренаци, Давид Анахт, Амазасп Мамиконян. В Тароне были и другие известные монастыри, при которых действовали школы, а в Сасуне почитаемым местом паломничества  был монастырь св. Богородицы на горе Маратук. А полуразрушенных крепостей - свидетелей страшных сражений было не счесть.

Начиная со времен Айка, победившего Бэла у горы Немрут, народу Тарона постоянно приходилось отражать нашествия завоевателей. А с тех пор, как замок Вогакан стал владением спарапетов Мамиконянов, Тарон всегда был надежной опорой армянских царей в  борьбе против  захватчиков. И даже после потери Арменией независимости вокруг таронских Мамиконянов группировались патриоты, продолжавшие освободительную борьбу. Спарапеты Мамиконяны стояли на страже Армении более 4 веков. Но  во время великого антиарабского восстания (774-775 гг.) погибли многие видные Мамиконяны, их род исчез с политической арены Армении.

ПРОШЛИ ВЕКА. ПОСЛЕ РАСПАДА АРАБСКОГО ХАЛИФАТА И НЕДОЛГОГО господства Византии Тарон  пережил  нашествия турок-сельджуков, монголов,  туркменских кочевников, затем, после захвата Западной Армении Турцией (1515 г.), опустошительные турецко-персидские войны... Наконец, согласно мирному договору 1639 г., Западная Армения окончательно отошла к Турции.

К этому времени в Тароне жили уже не только армяне. После падения царства Багратуни (XI век) курды  начали теснить армян. Безоружные земледельцы равнинных районов Тарона, оставшиеся без своих защитников - вооруженных феодалов,  вынуждены были платить  дань и выполнять различные повинности, а турецкие власти после захвата Западной Армении узаконили права курдских главарей с условием, что курды будут участвовать в войнах.

В жестких и опасных условиях часть армян приняла ислам и ассимилировалась с курдами, сохранив смутную память о своем  происхождении. Но основная масса армян Тарона, оказавшись под двойным гнетом турок и курдов, осталась верна христианской вере, родному языку и, уцепившись за землю предков, с крестом и Евангелием, с памятью о заветах своих героев-мучеников и святых жила в ожидании лучших времен.

По мнению таронцев, в их внешности и характере сохранялись черты древнего, классического армянина. В своих воспоминаниях таронцы перечисляли такие качества своих соотечественников, как свободолюбие, смелость, патриотизм и глубокая религиозность. Исследователи отмечают  их трудолюбие, стойкость, ярко выраженную общественную жилку, взрывной нрав и неукротимую волю. Также подчеркивались  таинственная душа таронцев, их одухотворенность и даже мистицизм ("ванец ищет клад, а мушец - несуществующий цветок брабиона, приносящий счастье").

Дикие горы, бездонные пропасти,  быстрые реки, узкие горные тропы... Хозяевами Сасуна могли быть только  мужественные и стойкие люди. По свидетельству историка X в. Товмы Арцруни, сасунцы жили в глубоких ущельях, пещерах,  говорили на  непонятных диалектах, занимались животноводством, земледелием, ремеслами и всегда носили с собой оружие.

Сасунцы жили патриархальными семьями, их села управлялись ишханами, важные вопросы решались всем миром. Они внушали своим сыновьям любовь к родному краю и бесстрашие: "Наши святые горы разрушатся и задавят нас, если мы не встанем против врага". Сасунцу стыдно было умереть в постели, а лучшим женихом считался отважный воин. Непокорные, гордые и правдивые, далекие от соблазнов цивилизации, сасунцы были неприхотливы и не терпели раболепства и предательства.

Благодаря неприступности края и воинственности населения Сасун почти всегда сохранял независимость, даже если Тарон оказывался под пятой захватчика. Так было и в Османской империи: власть турецких чиновников была номинальной, они, не поднимаясь в горы, удовлетворялись собранными налогами. Что же касается курдов, то их аширеты смогли утвердиться лишь в некоторых районах Сасуна.

В конце 1840-х годов турецкое правительство ликвидировало феодальные права  курдских главарей, их сменила турецкая администрация, более деспотичная, коварная и ненасытная, а не представлявшие опасности для турок мелкие курдские беки получили возможность действовать безнаказанно. Убийства, насилование и похищение женщин, угон скота, грабеж церквей, обман при сборе налогов, захват земель стали обычными  в армянских селах. Но турецкая власть закрывала глаза на преступления курдов против армян. Турция оставалась  страной беззакония.

ПОБЕДА РОССИИ В ВОЙНЕ 1877-1878 ГГ. ВДОХНУЛА В АРМЯН БОЛЬШИЕ НАДЕЖДЫ, однако все закончилось неопределенным обещанием реформ под наблюдением европейских держав. Разочарованный Хримян Айрик вернулся из Европы с идеей "железного черпака".

В 1880-е годы положение армян, ставших в глазах турок "неблагонадежным народом", еще более ухудшилось: большие государственные налоги, незаконные поборы со стороны курдов,  попрание национального достоинства, отсутствие гарантии жизни, чести и неприкосновенности имущества... Терпение таронцев было на исходе, идею национальной свободы подхватили и богатые горожане Муша, и  бедные крестьяне долины.

В 1880-1890 гг. "железный черпак" постепенно становился главной заботой таронцев: "много мы пролили белых слез; теперь должны пролить красную кровь".   Организовывались вооруженные отряды, учитель Маргар из села Варденис, ставший бродячим проповедником борьбы за свободу, возглавил вооруженное сопротивление своих односельчан курдам. Варденис стал символом сопротивления, его примеру последовали и другие села. В 1894 году произошло вооруженное восстание сасунцев.  Сасун становится центром бунта и революционного движения. Турецкие власти объявили, что Сасун восстал, а духовные вожди курдов - шейхи - получили от  султана  приказ призвать южных курдов к священной войне против Сасуна.

Между тем  представитель партии Гнчак Мийран Таматян, европейски образованный, обладавший проповедническим даром, смог завоевать любовь сасунцев, сплотить их, пробудил в них веру в победу и в то, что они освободят Армению, что свободный Сасун с помощью зарубежных братьев и христианских государств силой оружия расширит свои границы. Воодушевленные сасунцы начали готовиться к борьбе, послали людей на Кавказ за помощью.

Курды и отряды турецких полицейских пытались вторгнуться в независимые районы Сасуна. Но, как и в 1891-м, так и в следующие два года, сасунцы успешно отразили все нападения. В июне 1894 г. Сасун был полностью окружен регулярными войсками, полками гамидие и аширетами. "Птица не могла вылететь, змея не могла выползти из этой тюрьмы". Силы противника в 3-4 раза превосходили силы сасунцев, но они решили стоять насмерть, сражались самоотверженно, женщины и дети помогали воинам. Но усталость, недостаток боеприпасов и продовольствия давали о себе знать, кольцо обороны сужалось, приходилось отступать в горы.

Последним пристанищем сасунцев стала гора Андок. Поднимавшихся на Андок курдов и турок сасунцы встретили  залпами ружей и катившимися вниз обломками скал. Враг оставил бесчисленное множество убитых, курды потеряли желание воевать. Турки  перешли к переговорам, предложили сасунцам спуститься, обещая помилование, но все поверившие были вероломно убиты.

Оставшиеся в горах воины под командованием ишхана Грго продолжали сопротивление, наказав населению рассеяться и укрепиться в лесах и ущельях. В памяти сасунцев сохранилось имя Шаке, бросившейся вместе с ребенком в пропасть, чтобы не попасть в руки врага. 22 августа отряд Грго с пустыми ружьями был настигнут противником и расстрелян. Скорбь сасунцев по поводу гибели Грго затмила даже горечь  поражения.

СЕЛА САСУНА ПРЕВРАТИЛИСЬ В  РАЗВАЛИНЫ, САСУНЦЫ, ГОЛОДНЫЕ И ОБЕССИЛЕННЫЕ, прятались в лесах и пещерах, за ними охотились курды и турки. Просвещенная Европа  не пришла им на помощь. Армяне Турции и Кавказа, хотя и не смогли помочь Сасуну, были потрясены этими событиями.

Наказав сасунцев, власти под давлением представителей великих держав прекратили их преследование, а все случившееся объяснили беззаконными действиями курдов. Сасун и долина Муша избежали погромов 1895-1896 гг. (тогда в империи было убито 300 тысяч армян). Но к концу 1890-х годов угнетение армян в Тароне ужесточилось. Грабеж, захват земель, убийства, исламизация дошли до крайних пределов. Доведенные до отчаяния многие армяне покидали свою землю, но  смельчаки брали в руки оружие, становились фидаи, среди которых немало было выходцев из зажиточных и богатых семей.

В конце 1890-х годов в Сасуне находились многие выдающиеся фидаи Тарона. Здесь действовали и здесь же был вероломно убит отважный командир Ахбюр Сероб, здесь был дерзкий и бесстрашный  Геворг Чауш. После Сероба и Геворга Чауша самым влиятельным фидаи в Сасуне считался властный, непокорный, сохранявший свое независимое положение ишхан Макар. Из пришлых в эти годы в Сасуне был Андраник, но ему до 1900 года не приходилось участвовать в крупных сражениях,  всенародная слава пришла к нему после того, как он вместе с Геворгом расправился с убийцей Ахбюра Сероба и  захватил монастырь Аракелоц.

Дерзкие военные операции фидаи  воодушевляли таронцев, под их защитой народ вздохнул свободнее. В памяти таронцев сохранились в имена героев - Манука из села Шеник, Корюна из Гомса, Акопа Кото из Муша, Гале из Спаханка...

После поражения восстания 1894 г. и ареста его руководителей- гнчаков Мийрана Таматяна и Амбарцума Бояджяна в Тароне  развернула свою деятельность Армянская революционная федерация "Дашнакцутюн". В начале 1900-х годов она уже имела в Тароне тайную, разветвленную, сплоченную единой целью, вооруженную организацию, получившую  всенародное признание.  Пример первых фидаи - Арабо, учителя Маргара - заставил таронцев поднять голову, почувствовать себя хозяевами своей земли. Фидаи были правы, когда говорили: "Еще гнчаков и дашнакцаканов в нашей стране не было, а мы уже были революционерами". Но  первые семена революционных настроений в Тароне посеяли Хримян Айрик в бытность его настоятелем монастыря Св. Карапета (1862-1869 гг.) и Мкртич Сарьян, инспектор центрального училища Муша. Под их влиянием выросло поколение, давшее целую плеяду революционных деятелей, бесстрашных воинов-фидаи и проповедников. Это было особенное поколение.

Битва сасунцевОДНИМ ИЗ САМЫХ  ДАЛЬНОВИДНЫХ И БЕСКОРЫСТНЫХ ДЕЯТЕЛЕЙ революционного движения Тарона был сельский учитель Арменак Казарян (партийное имя Грайр). С 1885 года он проповедовал в Сасуне и долине Муша необходимость объединения, вооруженной борьбы и постепенно приобрел  влияние и любовь народа. Сконцентрировавший в себе храбрость Мамиконянов и рассудительность Багратуни (Симон Врацян), Грайр одним из первых выдвинул идею общенационального освободительного движения, первым выступил против ослаблявшей революционные ряды межпартийной борьбы, он призывал рассчитывать на собственные силы, не уповая на помощь великих держав.

Согласованно с Грайром действовал другой любимец таронцев - архимандрит Вардан, настоятель монастыря Св. Карапета - единственный официальный защитник армянского народа, представлявший его интересы перед всем миром. Этот монах-революционер, "сочетавший в себе патриотизм сасунцев с мудростью мушцев" (Вардан Петоян), даже свой монастырь превратил в склад оружия. Он был заживо сожжен со своим народом в 1915 г. 

 В начале 1900-х гг. усилия Грайра и вардапета Вардана были направлены на подготовку всеобщего восстания. Необходимо было организовать и вооружить народ, действуя тайно, избегая преждевременных столкновений. Грайр проповедовал, переходя от села к селу, в долине Муша, Буланхе, Ахлате, Хнусе и занимался вопросами переброски оружия с Кавказа в Сасун. Но  его деятельность стала известна турецким властям. Султан поспешил днем раньше нанести удар по Сасуну, чтобы упредить  восстание.

События в 1904 г. происходили по тому же сценарию, что и в 1894 г. Как и тогда, силы противников были неравны, а обращения за помощью не дали результатов. Считая борьбу Сасуна обреченной на поражение, Грайр все же остался с народом, взял в руки оружие и вместе с Андраником и Геворгом Чаушем организовал защиту Сасуна. Он возглавил одну из линий обороны и погиб, спасая раненого товарища.

В конце марта начались серьезные бои. Как всегда, сасунцы сражались ожесточенно, самоотверженно. Но могли ли плохо вооруженные сасунцы, числом около тысячи долго противостоять пушкам регулярных войск и полицейским отрядам численностью 9-10 тысяч и 5-7 тысячам курдов? Сокращая линию обороны, защитники Сасуна, как и в 1894 г., поднимались в горы вместе с населением. В конце  концов измученное, голодное население, под защитой небольшого отряда фидаи выбравшись из окружения, спустилось в долину, где был хлеб и имелся шанс спастись от резни, а воины северного и южного фронтов, отступая, объединились в  безлюдных горах и, израсходовав последний патрон, тоже тайно спустились в долину.

В долине фидаи скрывались в лесах и глухих деревнях, ожидая доставки боеприпасов из Васпуракана, после чего дали целый ряд сражений. Но эти сражения  не облегчили положения армян, наоборот, ожесточили власти, привели к всплеску насилия и произвола. Партийные и религиозные руководители армян Тарона решили на время удалить фидаи из Тарона, чтобы лишить власти повода проводить обыски и дать народу возможность залечить свои раны. С этим решением не согласились ишханы и фидаи Сасуна во главе с Макаром, они поднялись в горы и замели свои следы. Остальные фидаи во главе с Андраником и Геворгом покинули Тарон.

Но Геворг Чауш вернулся, не мог оставить народ без защиты. С ним вернулись 14 гайдуков. В  Сасуне строились казармы, люди возвращались в свои села вопреки воле султана. А долина Муша в отсутствие фидаи стала для армян адом. Появление Геворга и его товарищей воодушевило народ.

Главным делом Геворга в этот период стала борьба против распоясавшихся турецких и курдских главарей. Внезапные ночные вторжения в дома новоявленных хозяев армянских сел были чрезвычайно рискованны, но Геворгу всегда удавалось уйти от погони. В результате этой игры со смертью был разбит замысел правительства: очистить от армян  долину Муша. Освобождение народа от гнета новых хозяев, удачный исход нескольких сражений с регулярными войсками и курдами еще более усилили авторитет фидаи, но в результате этих кровавых событий увеличилось число армян в тюрьмах Муша и Битлиса, и поэтому обострились противоречия между Геворгом и партийными функционерами, делавшими ставку на подготовку общего восстания. Но Геворг не мог  бездействовать, когда на его глазах истязали, грабили, убивали армянского селянина.  Геворг Чауш погиб в 1907 г. в сражении с регулярным войском в селе Сулух. Ему было 37 лет, 20 из которых он провел в походах, сражениях и тюрьмах.

В 1908 Г., ПОСЛЕ ПРОВОЗГЛАШЕНИЯ ТУРЕЦКОЙ КОНСТИТУЦИИ, ЧАСТЬ ГАЙДУКОВ, вняв призывам властей, спустилась с гор. Революционеры вышли из подполья и тюремных застенков, многие вернулись в родные края. Армянские крестьяне, воодушевленные лозунгами  - свобода, справедливость, равенство, - воспряли духом.

Таронцы не отказались от мечты о независимой Армении, но некоторые из них, поверив, что век меча кончился, расстались со своим оружием. Они не знали, что им готовило будущее.

С началом Первой мировой войны и вступлением в нее Турции власти непосильными поборами разорили таронских армян, затем, использовав их как вьючных животных для транспортировки продовольствия и боеприпасов к линии турецко-русского фронта, довели их до полного физического истощения, а летом 1915 г. почти полностью истребили - мужчин расстреляли или порубили саблями, женщин и детей сожгли в сараях. Лишь в некоторых селах в Сасуне и в самом городе население, несмотря на отсутствие общего руководства, оказало героическое сопротивление, недолгое ввиду превосходящих сил противника. Только очень небольшая часть таронцев чудом избежала резни и после долгих голодных скитаний нашла пристанище в Восточной Армении.

Таронцы, воспитанные устными преданиями, рассказами о событиях и героях прошлого в духе патриотизма и мужества, были яркими носителями национального сознания и национальной памяти. Этот тип наших соотечественников не был основательно изучен этнографами (Рубен Тер-Минасян описал несколько типов живших в Сасуне армян, различных по внешности, диалекту и характеру), в Тароне почти не производились археологические изыскания, а многие исторические памятники не описаны специалистами. В результате Геноцида исчезли таронцы как единое целое, изменились многие географические названия, сровнялись с землей многие армянские исторические памятники.

 Кто виноват? Турки, поставившие идею государства выше идеи человечности? Армяне, оказавшиеся неподготовленными к действиям турок? Партийные деятели, не сумевшие понять психологию турок, организовать имеющиеся силы и использовать ситуацию?  В любом случае, таронцы сделали все что могли. И ушли, оставив свои гены в тех, кто спасся от резни, и облако своих мыслей и чувств в духовном пространстве.

 

Опубликовано в Истоки
Прочитано 2178 раз
Оцените материал
(6 голосов)

Оставить комментарий

Убедитесь, что вы вводите (*) необходимую информацию, где нужно
HTML-коды запрещены

Наверх